Персоны.
Просмотров всего: 14977; сегодня: 3.
О хирурге и священнике Луке Войно-Ясенецком
Он мог ставить диагнозы, даже когда ослеп. Исцелял, лечил и учил — издано 55 его научных трудов. Очень много проповедовал — выпущено 12 томов проповедей. Всегда помогал неимущим: отдавал им свои вещи, деньги. Событий, произошедших в его жизни, хватило бы на нескольких человек. Рассказываем об ученом, докторе медицинских наук, профессоре хирургии и священнике Валентине Феликсовиче Войно-Ясенецком, в служении — архиепископе Луке.
Неординарный во всем
Кто бы ни брался писать об этом человеке, все сразу отмечают, что вся его жизнь была клубком противоречий и постоянным выбором, а сам он был фигурой неординарной во всем, чем бы ни занимался. Но от правила самого владыки мы не отойдем: он говорил, что пишущий о нем "ни в коем случае не должен отделять облик архиепископа Луки от лица хирурга Войно-Ясенецкого".
В юности он не сразу определился, кем быть: закончил художественное училище, но художником не стал, а пошел в медицинский. Потом он писал: "Влечение к живописи было у меня настолько сильным, что по окончании гимназии я решил поступить в Петербургскую академию художеств. Но во время вступительного экзамена тяжело задумался о том, правильный ли жизненный путь я избираю. Недолгие колебания кончились тем, что я признал себя не вправе заниматься тем, чем мне нравится, и обязан заняться тем, что полезно для страдающих людей". Однако после этого прошло еще два года, прежде чем он все же начал учиться в медицинском университете.
Впрочем, художественное образование ему пригодилось: позднее он стал писать иконы, а для занятий — анатомические таблицы.
Духовные искания Валентина уже тогда были серьезными и влияли на его жизнь. В молодости он увлекался толстовством и даже хотел уехать жить в общину писателя в Ясной Поляне. Но потом навсегда выбрал православие, хотя отец был католиком, и, как вспоминал сам Валентин, именно благочестивость отца сыграла самую важную роль в укреплении веры сына.
Когда юноша выбрал профессию "мужицкого врача" — земского доктора — и уже достиг в ней больших высот, много и очень успешно оперировал, читал лекции студентам, перед ним встал новый вопрос, который был очень тяжелым: священство или врачевание. И он опять мучительно выбирал. В хирургии он стал профессором, а в священстве — архиепископом и получил высшую церковную награду — право носить на клобуке алмазный крест. И это несмотря на жестокие гонения, которым подвергался за веру до конца своей жизни.
11 лет был в заключении, из ссылки попросился на фронт. "Являясь специалистом по гнойной хирургии, могу оказать помощь воинам… По окончании войны готов вернуться в ссылку". Но в ссылку его не вернули. Расскажем о каждом этапе жизни святителя поподробнее.
Выбор призвания
Произошел Валентин Войно-Ясенецкий из знатного, но обедневшего польского рода. Он родился в 1877 году в Керчи, а в 1889 году семья переехала в Киев. Окончив там гимназию и художественное училище, Валентин поступил на медицинский факультет Киевского университета — несмотря на то, что, по собственному признанию, ненавидел естественные науки, он все же предпочел художественной карьере хирургию.
Сам ученый писал: "Произошла интересная эволюция моих способностей: умение весьма тонко рисовать и моя любовь к форме перешли в любовь к анатомии и тонкую художественную работу при анатомической препаровке и при операциях на трупах. Из неудавшегося художника я стал художником в анатомии и хирургии".
Окончив университет, он продолжал придерживаться той же идеи, с которой и пришел туда: "Я изучал медицину с исключительной целью быть всю жизнь деревенским, мужицким врачом, помогать бедным людям". Служение мужику он не оставил до последних своих дней. Исследователь М. Поповский пишет о нем: "Всякий раз, когда жизнь ставила выбор: призвание или житейские блага, он выбирал призвание".
Валентин Войно-Ясенецкий поступил работать в Киевский медицинский госпиталь Красного Креста, в составе которого в 1904 году отправился на Русско-японскую войну. В Чите заведовал хирургическим отделением эвакуационного госпиталя. Там он начал делать много сложных операций, хотя не обладал на тот момент нужными знаниями.
Сам епископ писал об этом так: "Я сразу же развил большую хирургическую работу на раненых и, не имея специальной подготовки по хирургии, стал сразу делать крупные операции на костях, суставах и черепе. Результаты работы были вполне хорошими, ошибок я не делал, несчастий не бывало. В работе мне много помогала недавно вышедшая книга французского хирурга Лежара "Неотложная хирургия", которую я основательно проштудировал перед поездкой на Дальний Восток".
Тогда же молодой хирург познакомился с сестрой милосердия Анной Ланской, давшей обет безбрачия и отказавшей до Валентина двоим врачам. "Выйдя за меня замуж, она нарушила этот обет, и в ночь перед венчанием в церкви, построенной декабристами, она молилась перед иконой Спасителя, и вдруг ей показалось, что Христос отвернул свой лик и образ его исчез из киота. Это было, по-видимому, напоминание о ее обете, и за нарушение его Господь тяжело наказал ее невыносимой патологической ревностью", — вспоминал святитель.
Земский доктор, отец семейства
После Дальнего Востока молодой доктор с женой какое-то время работал земским врачом, затем перебрался в Москву — он тяготел к научной деятельности. Жене, которая с двумя детьми в тот период жила у родственников, он писал: "Я по обыкновению не знаю меры в работе и уже сильно переутомился… А работа предстоит большая: для диссертации надо изучить французский язык и прочитать около пятисот работ на французском и немецком языках".
В 1915 году в Петрограде издали его книгу "Регионарная анестезия", он получил премию имени Хойнацкого, которую присуждали ученым, сказавшим новое слово в медицине, а в 1916 году Валентин Феликсович стал доктором медицины. Тогда же он писал: "Я поставил своей задачей глубокое самостоятельное изучение диагностики и терапии гнойных заболеваний". И это за десятилетия до открытия антибиотиков, когда практически нечем было противостоять раневой инфекции.
В начале 1917 года Анна Васильевна заболела туберкулезом, нужны были сухой жаркий климат и улучшенное питание, и Войно-Ясенецкие перебрались в Ташкент, где ученый возглавил городскую больницу и организовал там хирургическое отделение.
О тех временах вспоминает врач Лев Ошанин, три года проработавший под руководством Войно-Ясенецкого. "Я ни разу не видел его гневным, вспылившим или просто раздраженным, — пишет он в своих "Очерках". — Он всегда говорил спокойно, негромко, неторопливым глуховатым голосом, никогда его не повышая. Это не значит, что он был равнодушен, многое его возмущало, но он никогда не выходил из себя, а свое негодование выражал тем же спокойным голосом".
В 1919 году Анна Войно-Ясенецкая (Ланская) скончалась, и именно с этого времени Валентин Феликсович стал принимать активное участие в деятельности местных церковных приходов. Именно в Ташкенте архиепископ Ташкентский Иннокентий сказал Войно-Ясенецкому: "Доктор, вам нужно быть священником".
"У меня никогда не было и мысли о священстве, но слова преосвященного Иннокентия я принял как Божий призыв устами архиерея и, ни минуты не размышляя, ответил: "Хорошо, владыко! Буду священником, если это угодно Богу!"
Так, в 1921 году Войно-Ясенецкий становится священником, затем принимает монашеский постриг под именем Луки, а позднее становится епископом.
Гонения и ссылки
К моменту принятия церковного сана Войно-Ясенецкий — уже известный и авторитетный врач. Его рукоположение в священника, а затем в епископа не только произвело фурор в обществе, но и разгневало власти. Епископом владыка Лука прослужил только неделю, а затем последовал арест и 11 лет лагерей и ссылок.
В ссылках он продолжал лечить людей, никогда не принимая подношений. Благодарным пациентам он обычно говорил: "Это Бог вас исцелил моими руками. Молитесь Ему".
Возвращение в медицину
Когда началась Великая Отечественная война, Войно-Ясенецкого по его просьбе отозвали из ссылки и назначили консультантом всех госпиталей края и главным хирургом эвакогоспиталя, но оставили на положении ссыльного — дважды в неделю он обязан был отмечаться в милиции.
Он ездил по госпиталям, консультировал хирургов, осматривал раненых, самых тяжелых, признанных безнадежными, переводил в свой госпиталь и спасал. Каждого раненого он помнил в лицо, знал его фамилию, держал в памяти все подробности операции и послеоперационного периода.
С весны 1942 года отношение к владыке заметно улучшилось. Ему позволили столоваться на общей кухне, стали заботиться об условиях его работы. По окончании войны епископа Луку наградили медалью "За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941–1945 годов".
В 1946 году за свою несколько раз изданную книгу "Очерки гнойной хирургии" он получил 200 тысяч рублей Сталинской премии, 130 тысяч из которых перечислил в помощь детям, пострадавшим в войну.
Не переводятся свежие цветы
С 1946 года и до смерти в 1961 году владыка Лука возглавлял Симферопольскую и Крымскую епархию, восстанавливал разрушенные приходы. Здоровье его было подорвано многими годами в лагерях и ссылках, к тому же ему было запрещено преподавать в медицинском университете в Симферополе.
Равнодушный к собственному достатку и комфорту, о подчиненных он не забывал. На съездах всегда обсуждал оплату труда диаконов, псаломщиков и регентов, рассылал по приходам анкеты, в которых просил указать, не нуждается ли кто в улучшении жилищных условий.
Постепенно он стал меньше оперировать. Сыну это объяснил так: "Хирургия несовместима с архиерейским служением, так как и то и другое требует всего человека, всей энергии, всего времени, и патриарх пишет, что мне надо оставить хирургию". Какое-то время принимал дома, на дверях висела табличка о том, что бесплатный прием ведется ежедневно, кроме праздничных и предпраздничных дней.
В 1955 году святитель полностью ослеп. Но даже тогда он безошибочно диагностировал болезни и консультировал.
Скончался святитель Лука 11 июня 1961 года. Поток людей не иссякал несколько дней. Торжественные шествия устраивать было запрещено. Очевидцы вспоминают: "Надо было поворачивать на центральную улицу, но власти не хотели, чтобы мы шли так, хотели… повезти тело вокруг города, так, чтобы не было никаких почестей почившему. Тут женщины — никто никакой команды не давал — сами ринулись на землю перед колесами машины и сказали: "Только по нашим головам проедете туда, куда вы хотите"… Говорят, на могиле архиепископа вот уже более полувека не переводятся свежие цветы.
Канонизация архиепископа Луки, сначала как местночтимого святого, состоялась в 1995 году, а на юбилейном Архиерейском соборе 2000 года принято решение о его всероссийском почитании. Даже сейчас, более чем через полвека после его смерти, тысячи людей со всей планеты приезжают в симферопольский Свято-Троицкий собор: некоторые — чтобы просто поклониться святому Луке, а кто-то — чтобы попросить его об исцелении.
Текст: Юлия Острогожская, Андрей Мединский.
Изображение из открытых источников.
Исторические события:
Участники событий и другие указанные лица:
Ньюсмейкер: — 12776 публикаций
Интересно:
