Описан уникальный процесс 1920 года по делу о фальсификации мощей

В журнале "Вспомогательные исторические дисциплины" опубликована статья священника Евгения Зайцева, и.о. заведующего кафедрой теологии НовГУ имени Ярослава Мудрого. Исследователь на основании найденного исторического источника описывает довольно необычное уголовное дело.

В качестве источника информации выступила газета "Звезда", которая в 1918 году стала выходить в Новгородской губернии. Это был официальный печатный орган Новгородского губернского комитета Российской коммунистической партии большевиков.

Автор научной статьи отмечает, что издание выходило в экстремальных условиях 1918-1920 годов, хотя реальных боевых действий на территории губернии не было. Однако имелось другое явление - местные руководители активно боролись с Церковью.

В газете широко освещалось открытие мощей, что рассматривалось как важная часть атеистической работы. В ноябре 1920 года губернская газета подробно освещала уголовное дело, возбужденное против епископа Алексия. Его обвиняли в самовольном освидетельствовании мощей, что якобы привело к их фальсификации.

В январе 1920 года газета задалась вопросом о том, сколько святых мощей насчитывается в Новгородской губернии. Новая советская власть услышала запрос и подсчитала, что всего в губернии насчитывалось 11 мощей открытых и 22 - под спудом.

Затем встал вопрос о медицинском освидетельствовании мощей, чему обязывали инструкции Наркомата юстиции. Они велели защищать чувства верующих. В связи с этим вскрытие мощей было предписано проводить не в богослужебное время, с составлением особого акта. 

1 ноября 1920 года в Новгородском губернском революционном суде началось слушание уголовного дела против епископа Алексия. Его и других священнослужителей обвинили в том, что они неправомерно освидетельствовали мощи в Софийском соборе и Сковородском монастыре в марте 1919 года.

Из обвинения следовало, что руководство процессом епископ взял на себя и позаботился о том, чтобы освидетельствование проходило "в строго ограниченной духовной среде, без участия прихожан". Обвинители считали, что епископ тем самым хотел подготовить мощи к их освидетельствованию гражданскими властями.

Целью же, по мнению стороны обвинения, была фальсификация - дескать, останкам пытались придать вид, "более похожий на нетленные мощи". Для этого епископ распорядился удалить "неподобающие предметы вроде ваты, пелен, покровов, находившиеся в раке".

Обвинили Алексия и в том, что позднее он заявил гражданским властям, будто никогда в жизни не дерзнул осматривать мощи. Епископ виновным себя не признал и в судебном заседании заявил о своем глубоком убеждении в том, что освидетельствование мощей есть дело исключительно Церкви.

Поэтому отчет о проведенном освидетельствовании он был готов дать только своим собратьям - епископам. Кроме того, он заявил, что действовал не по собственной инициативе, а имел приказы от патриарха и митрополита.

Позднее епископ Алексий признался, что если бы он провел публичное вскрытие мощей, его могли бы обвинить в провокации. "Из всех присутствовавших во вскрытии мощей едва ли не я один видел впервые мощи в обнаженном виде", - цитировала епископа газета "Звезда".

Алексий не видел в своих действиях ничего незаконного и на суде заявлял, что состояние мощей не является чем-то принципиальным в таком вопросе, как вера в Бога.

"Обмана не было, могла иметь место лишь небрежность в хранении мощей, - говорил Алексий. - Я сам находил в мощах булавки, искусственные цветы. Я удалил лишние пелены".

Остальных подсудимых обвиняли, по сути, в том, что они не донесли на епископа в советские органы. Всех подсудимых трибунал признал виновными. Епископа Алексия наказали 5 годами заключения в концентрационном лагере, остальным фигурантам дали по 2-3 года лагеря. Но по амнистии, объявленной в честь Дня праздника трудящихся всего мира, они тут же были отпущены на свободу.

Текст: Денис Передельский. Журнал "Родина".