Информационные войны в Древней Руси

Понятие «информационная война» было введено в научный оборот в 1970-х годах в США. К настоящему времени имеется детально разработанная теория информационных войн, которые становятся всё более изощрёнными и охватывают все области человеческого общения, включая киберпространство. Каждый из нас является объектом информационной войны, где используются все средства и способы подачи информации.

Может сложиться мнение, что невидимая борьба без оружия, основанная на использовании передовых технологий в информационной области, относится к явлениям новейшего времени, однако это не так. Противоборство в сфере коммуникации, направленное на ослабление противника, ведется со времени возникновения человеческого общества.

Как информационные войны велись в древние времена

Цель информационной войны определяется как психологическое воздействие на противника с целью введения его в состояние растерянности, паники, дезориентации, деморализации – в таком состоянии противником легче манипулировать и вести его в нужном направлении. Приёмы, вызывающие изменение психического состояния у противника, появились еще в первобытном обществе: воинственный клич, ужасающие маски и боевая раскраска первобытных воинов были направлены на устрашение, то есть на психологическое подавление врага.

К первым средствам психологического воздействия на противника относились слухи, дезинформация, искажение фактов. В древнем мире слухи о жестокости приближающихся войск вызывали страх ещё до действительного появления противника. В римской хронике V века было отмечено, что при приближении войск гуннов под предводительством Аттилы, прозванного за свою жестокость «Бич Божий», жители городов «парализованные страхом, были неспособны обороняться».

В истории Древней Руси X века первым князем, применившим метод психологического воздействия на врага, был Святослав, посылавший своим врагам информацию о приближении своего войска: «Хочю на вы ити». В последующих редакциях эта фраза была преобразована в выражение «Иду на вы» – предупреждение воспринималось как угроза со стороны сильного противника и вызывало панику.

Информационное противоборство в военной сфере в период древнерусского государства

Психологическое давление на противника как инструмент подавления его воли зачастую вводилось в действие ещё до наступления войск: монголы, готовясь к походу на Русь, целенаправленно распространяли слухи о непобедимости и многочисленности своей армии, воплотившиеся на Руси в выражение «тьма тьмущая». Действенной считалась и психическая атака на противника в момент наступления: к примеру, древнерусская пехота, выстроенная плотной «стеной», прикрытой щитами, с выставленными вперёд копьями казалась врагу монолитной силой – продвижение такой силы оказывало деморализующее воздействие на противника. 

В качестве противодействия психологическому давлению со стороны врага военачальники старались поддержать моральных дух своих воинов. Князь Святослав обращался к русским дружинникам перед боем со словами, вдохновляющими каждого на подвиг: «Да не посрамим земли русской, но ляжем здесь костьми, мёртвые сраму не имут, …а я пойду впереди вас».

В арсенал средств информационного воздействия входила и входит война символов. Для русской армии стяг (войсковое знамя) и хоругвь (церковное знамя) с изображением образа Спаса Нерукотворного ассоциировались со своим отечеством и давали ощущение защиты; у врага эти непонятные для него символы вызывали тревогу. Перед боем русский стяг обозначал место, где войско собиралось (стягивалось); во время боя по передвижению стяга можно было судить о передвижении войска. Неожиданное для противника поднятие значимого стяга во время битвы являлось военной хитростью, вошедшей в арсенал древнерусского информационного противоборства. Так, в сражении 1096 года между новгородским князем Мстиславом, сыном Владимира Мономаха, и черниговским князем Олегом Святославичем, внезапное появление стяга могущественного Владимира Мономаха на поле боя настолько напугало Олега Святославича, что он покинул место сражения вместе со своим войском. Хитрость заключалось в том, что сам Мономах в сражении не участвовал, но передал княжеский стяг своему сыну Мстиславу. Таким же приёмом в 1380 году воспользовался Дмитрий Донской во время Куликовской битвы: он скрыл местонахождение командного пункта, передав княжеское знамя боярину Бренко, передвигавшимся вместе с войском.

Символизм знамени наблюдался у многих народов: падение знамени означало поражение для одной из воюющей сторон и триумф победы для другой. Подсечением шведского стяга дружинником Александра Невского Саввой во время битвы на Неве в 1240 году было ознаменовано поражение шведов. У тюрков за падение или потерю знамени и боевого барабана казнили весь отряд, допустивший позор.

Распространение слухов как инструмент информационной войны

Слухи являются особым механизмом передачи информации разной степени достоверности; они появляются там, где информация отсутствует или наблюдается её недостаток. Слухи могут представлять опасность для государства: в 1024 году в период страшного голода волхвы сумели поднять восстание, распространяя слухи, что причиной бедствия стало уничтожение прежних идолов и виновны в этом высшие слои («старая чадь»), припрятавшие запасы зерна. Слухи о появлении выжившего царевича Дмитрия, сына Ивана Грозного, привели к величайшим бедствиям в России XVII века, названным Смутой.

Зачастую слухи направлены на очернение или компрометирование противника. В Смутное время на Руси противоборствующие силы – Речь Посполитая и Московское государство – вступили в острую информационную борьбу. Каждая сторона старалась представить противника в неприглядном свете: польские хроники называли русских народом рабов, «уважающего лишь своё, презирающие чужое»; русские говорили об интервентах как о грешниках, Марину Мнишек называли ведьмой, которая при приближении к Москве народного ополчения, «обернулась сорокой» и вылетела в окно.

Информационное противоборство при Иване Грозном

В XVI веке мишенью информационных нападок на Россию явился образ царя Ивана IV Грозного. К прежним инструментам воздействия на общественное мнение добавилась техническая новинка – книгопечатание. Во время Ливонской войны 1558 года было выпущено около сотни брошюр в 4-8 листов («летучих листков»), размножаемых в западных типографиях, где сообщения «о зверствах московитов» иллюстрировались соответствующими ужасающими картинками. Целью «мерзких, ужасных, доселе неслыханных» новостей, распространяемых через печатные листки, было создание представления о Московском царстве как о стране варваров, о «войске Сатаны», управляемой тираном – с этого времени в Европе будут называть тиранами почти всех правителей России. Иван Грозный в информационных листках представал в образе пьяницы и развратника, убивающий своих многочисленных наложниц, как только они ему наскучат. Интересно, что в то же время в наставлениях иностранным послам, отправляющихся в Москву, царя описывали как прозорливого, грамотного политика и убеждённого трезвенника, не выносившего пьяниц.

В борьбе за общественное мнение XVI века можно найти корни современной информационной войны. Расширение и укрепление русского государства при Иване Грозном вызывало тревогу у западных стран – все их усилия с тех пор были направлены на создание негативного образа России и её правителей. Жестокость Ивана Грозного при проведении репрессий вызывали естественный ужас у жителей Запада и с подачи своих идеологов они стали считать всех россиян склонными к жестокости и варварству. Правда, сопоставление числа жертв, павших во время опричнины Ивана IV, с числом погибших во времена инквизиции в Европе – 4 тысячи на Руси против 100 тысяч только в одной Голландии – показывает, что режим русского царя был не самым кровавым